Uber и законодательство ЕС: Информационная служба или транспортный провайдер?

In the evolving landscape of digital platforms, a pivotal question has emerged: Should services like Uber be classified merely as "information society services" under Directive 2015/1535, or do they constitute transportation services subject to more stringent regulations? This distinction carries significant implications for how such platforms operate within the European Union.

Directive 2015/1535 defines an "information society service" as one that is:

1. Предусмотрено вознаграждение,
2. На расстоянии,
3.  С помощью электронных средств,
4. По индивидуальному запросу получателя.

Как правило, государства-члены ЕС не имеют права вводить ограничения на эти услуги, например, требовать предварительного разрешения или лицензирования, за исключением исключительных обстоятельств после специальной процедуры, включающей уведомление Европейской комиссии.

Напротив, транспортные услуги исключены из сферы действия этих директив и подлежат специальному регулированию. От поставщиков таких услуг может потребоваться получение лицензий, предварительных разрешений, а водителям могут потребоваться специальные разрешения. Кроме того, к услугам такси могут предъявляться такие требования, как визуальная идентификация, фиксированные цены, таксометры и обязательные договорные обязательства. Эти правила определяются национальными законами, поскольку в ЕС нет единого законодательства, регулирующего пассажирские перевозки.

Появление таких цифровых платформ, как Uber, которые позволяют мгновенно бронировать пассажирские перевозки, привело к юридическим спорам об их классификации. Являются ли они просто посредниками, предоставляющими информационные услуги, или же это полноценные транспортные провайдеры? Это различие имеет решающее значение, поскольку в последнем случае на них распространяются всесторонние транспортные правила, исключающие защиту в виде исключительно поставщиков информационных услуг.

Дело Uber: Юридическая экспертиза

In December 2017, the Court of Justice of the European Union (CJEU) addressed this issue in the case of *Asociación Profesional Elite Taxi v. Uber Systems Spain SL* (Case C-434/15). The case centered on whether Uber's service, which connects non-professional drivers using their own vehicles with passengers via a smartphone application, should be classified as an information society service or a transportation service.

The CJEU concluded that Uber's service is more than a simple intermediation service. The Court noted that Uber:

1.  Приложение для смартфонов, незаменимое как для водителей, так и для пассажиров,
2. Оказывает решающее влияние на условия, в которых водители предоставляют свои услуги,
3. Определяет максимальную стоимость проезда,
4. Осуществляет контроль за качеством транспортных средств, водителей и их поведением,

Based on these factors, the Court determined that Uber's intermediation service is an integral part of an overall service whose main, primary,  component is a transport service. Consequently, Uber does not qualify as an information society service but rather as a service in the field of transport. This classification subjects Uber to national regulations governing transportation services, including potential requirements for authorization and licensing.

Однако важно не обобщать это постановление на все цифровые платформы. Классификация платформы зависит от конкретных критериев. В других делах, например, в делах AirBnB и Star Taxi, CJEU выносил иные решения, в которых платформы были признаны посредниками, а не поставщиками услуг. 

CJEU постановил, что платформы, которые не контролируют ценообразование, поведение водителей и условия предоставления услуг, такие как AirBnB, которая просто содействует краткосрочной аренде, не диктуя условий, могут квалифицироваться как услуги информационного общества. Аналогичным образом, в деле Star Taxi суд признал сервис посредником, поскольку он не навязывал водителям условия работы.

Последствия для цифровых платформ

The CJEU's ruling has significant implications for digital platforms operating in the transportation sector. Platforms that, like Uber, exert substantial control over the transportation service may be classified as transport service providers rather than mere intermediaries. This classification subjects them to the corresponding national regulations, which can vary across EU Member States. However, as demonstrated by cases like AirBnB and Star Taxi, platforms that merely facilitate connections between service providers and customers without controlling the service itself may still be classified as intermediaries under EU law.

В заключение следует отметить, что правовая классификация цифровых платформ в транспортном секторе зависит от степени контроля, который они осуществляют над сервисом. Платформы, играющие неотъемлемую роль в организации и управлении транспортными услугами, скорее всего, будут классифицированы как поставщики транспортных услуг, на которых распространяются соответствующие национальные правила. Такой правовой ландшафт требует от цифровых платформ тщательного анализа для обеспечения соответствия действующему законодательству.